Нехлюдову было больно; но по какому-то детскому самолюбию ему не хотелось признаться в этом, и он, еще раз отказавшись от сетки, продолжал рассказывать старичку о том устройстве ульев, про которое он читал в «Maison rustique», [Ферма,] и при котором, по его мнению, должно было в два раза больше роиться; но
пчела ужалила его в шею, и он сбился и замялся в средине рассуждения.
Брат ее любил, хотя уверял, что она жалится не как пчела, а как оса, потому что
пчела ужалит да и умрет, а осе ужалить ничего не значит.
Неточные совпадения
В ушах не переставая отзывались разнообразные звуки то занятой делом, быстро пролетающей рабочей
пчелы, то трубящего, празднующего трутня, то встревоженных, оберегающих от врага свое достояние, сбирающихся
жалить пчел-караульщиц. На той стороне ограды старик строгал обруч и не видал Левина. Левин, не окликая его, остановился на середине пчельника.
Пчелы догоняли их и
жалили в затылок и шею.
Вокруг вились
пчелы и
жалили его в голову.
Она, как
пчела, знала, в какое место больнее
ужалить его.
Пчелы не кусали его; но зато Нехлюдов уж едва мог удерживаться от желания выбежать из пчельника:
пчелы местах в трех
ужалили его и жужжали со всех сторон около его головы и шеи.
Генерал граф Келлер всё время на передовых позициях, всё время в огне, но пули щадят доблестного начальника, они как
пчёлы жужжат вокруг него, не
жаля.
Я с грустью перечитывал эти слова. Мне было шестнадцать лет, но я уже знал, как больно
жалит пчела — Грусть. Надпись в особенности терзала тем, что недавно парни с «Мелузины», напоив меня особым коктейлем, испортили мне кожу на правой руке, выколов татуировку в виде трех слов: «Я все знаю». Они высмеяли меня за то, что я читал книги, — прочел много книг и мог ответить на такие вопросы, какие им никогда не приходили в голову.
При операции, сделанной ему Антоном, он не больше поморщился, как бы
пчела слегка
ужалила его.
Когда входит ко мне дочь и касается губами моего виска, я вздрагиваю, точно в висок
жалит меня
пчела, напряженно улыбаюсь и отворачиваю свое лицо.
Так, вероятно, в далекие, глухие времена, когда были пророки, когда меньше было мыслей и слов и молод был сам грозный закон, за смерть платящий смертью, и звери дружили с человеком, и молния протягивала ему руку — так в те далекие и странные времена становился доступен смертям преступивший: его
жалила пчела, и бодал остророгий бык, и камень ждал часа падения своего, чтобы раздробить непокрытую голову; и болезнь терзала его на виду у людей, как шакал терзает падаль; и все стрелы, ломая свой полет, искали черного сердца и опущенных глаз; и реки меняли свое течение, подмывая песок у ног его, и сам владыка-океан бросал на землю свои косматые валы и ревом своим гнал его в пустыню.
— Фридрих Адольфович! — снова с деланным испугом закричал Сережа. — На вас сейчас
пчела сядет и
ужалит вас.
И ребенок боится
пчел и говорит, что цель
пчелы состоит в том, чтобы
жалить людей.
В улей и из улья робко и увертливо влетают и вылетают черные, продолговатые, смазанные медом пчелы-грабительницы; они не
жалят, а ускользают от опасности.
Пчела, сидевшая на цветке,
ужалила ребенка.